Иона Якир

Якир был знаменитым советским военачальником, героем Гражданской войны.  Он слепо выполнял волю Сталина, за что и поплатился.

УМНЫЙ ВОЯКА

Иона Якир

Якир Иона Эммануилович

Иона Якир родился в Кишиневе 15 августа 1896 г. в состоятельной еврейской семье. Его отец Эммануил Якир, уважаемый в городе провизор, сумел дать сыну хорошее образование.
Иона окончил частное реальное училище — в казенное ему как еврею путь был закрыт, да и высшее образование он мог получить только вне царской России. Поэтому в 1913 г. Якир поступил в Базельский университет (Швейцария), одновременно работая там химиком-лаборантом.
Не проявлявший тяги к знаниям в училище, он в течение двух семестров достиг значительных успехов в области неорганической химии. Его преподаватель, профессор Фихтер, отзывался о своем ученике как «о наиболее подготовленном и эрудированном среди всех русских студентов».

Россия в это время воевала, но даже тогда Якир не помышлял о военной карьере и брал справки в институте для освобождения от службы в армии. Да и числился он среди «политически благонадежных».
Вернувшись в Кишинев весной 1917 г., когда политическая жизнь бурлила, как вулкан, Иона решил вступить в ряды ВКП. Туда его приняли большевики 5-го Заамурского кавалерийского полка.
Якир принимал участие в становлении Советской власти в Бессарабии как член Бессарабского губревкома.

«Начинал я свою карьеру с того, что организовал 2—3 десятка бойцов и с ними на грузовиках преследовал румын у Кишинева», — вспоминал будущий командарм.
Кого только революция не сорвала с насиженных мест и не превратила в солдат: крестьян-бессарабцев, не имевших земли, китайцев-лесорубов, сбежавших от нанимателей, остатки «славного 5-го конного Заамурского полка» без единого офицера. Командовать разношерстным Тираспольским отрядом было тяжело.

Якир с иронией называл себя и своих бойцов «умными вояками». Вместе они постигали науку войны, часто на своих неудачах, провокациях анархистов.
Опыт командира Иона получал в тяжелых изматывающих боях с австро-немецкими войсками. Отряд пробивался на восток. Под Днепропетровском Якир был тяжело ранен, и его еле выходили в санитарном поезде.

ВОЕННЫЕ ПОХОДЫ

В Воронеже, где Тираспольский отряд был на переформировании, Иона Эммануилович занялся организацией крепких красных частей. Его назначают начальником Политуправления фронта, а затем членом РВС 8-й армии.
В боях в районе Коротояк-Лиски-Острогожск он проявил себя настоящим полководцем. За организацию своими силами контрнаступления, в результате которого были освобождены Коротояк и военно-стратегический узел Лиски, Якиру был вручен орден Красного Знамени №2 (№1 получил Блюхер).
В июле 1919 г. Якир вновь продемонстрировал военный талант. В 45-й дивизии, которая формировалась в районе Одессы, «сплошь и рядом царила вольница». Времени на укрепление дивизии противник не оставил, отрезав ее от главных сил Красной Армии.

Руководство из центра прекратилось, связи не было. В этих условиях Якир принимает рискованное, но единственно верное решение: его войска идут на прорыв, нанося серьезный урон противнику, который считал, что шансов вырваться у «красных» нет.

400-километровый поход и месяц непрерывных упорных боев заставил генерала Деникина перегруппировать силы. Это помогло основным частям Красной Армии под Орлом начать переломное наступление против белогвардейцев. Второй орден Красного Знамени украсил грудь 24-летнего командующего южной группой.
После небольшой передышки в декабре 1920 г. Якир со своей 45-й дивизией принимает участие в боях за Екатеринослав и Александровск (Запорожье) против армии Махно. Затем были походы на Одессу, польская кампания и третий орден Красного Знамени.

СЕРЕБРО БРАНИЦКИХ

В биографии Якира, помимо военных походов, немало эпизодов, за которые ему впору было стыдиться.
В 1920 г. армией Григория Котовского была взята Белая Церковь, где находилась главная резиденция графов Браницких, крупных землевладельцев. Блестяще проведя эту операцию, Котовский с войском пошел дальше.
Тем временем, в город подошел обоз бригады, в составе которой был перевязочный отряд супруги Котовского Ольги Петровны — она была здесь врачом. Обоз разместился в особняке Браницких, в спешке и панике покинувших резиденцию, спасаясь от красных.

В особняке мадам Котовская пошла искать постельное белье, чтобы нарезать из него бинты для раненых. Когда она вошла в одну из спален, то увидела большой кожаный чемодан, наполненный кружевами.
Вдруг позади нее раздался крик: «Не трогайте, это мое!» Ольга Петровна обернулась и увидела жену Якира Сару Лазаревну. Через несколько дней разразился скандал: в ЧК обнаружили, что было похищено столовое серебро Браницких.

Егоров, Якир, Ворошилов

Егоров А.И., Якир И.Э. — На фронте

Сара подло указала на Котовскую, которая первая со своими санитарами побывала во дворце. К чести Ольги Петровны, быстро выяснилось, что она была непричастна к пропаже серебра.

Прошли годы. В 1924 г. чета Котовских возвращалась из Москвы в Умань через Харьков, где тогда жили Якиры. Они были приглашены Ионой Эммануиловичем на званый обед, во время которого Ольга Петровна обратила внимание на столовое серебро с вензелем «Б». «Так вот где серебро Браницких!», — громко воскликнула она. Воцарилось неловкое молчание, а Якир покраснел, как рак.
Кстати, позже выяснилось, что при Саре Лазаревне всегда находилось двое сопровождающих, которые собирали ценности из домов зажиточных горожан, крупных землевладельцев и раскулаченных. Все это добро чемоданами отвозилось в Одессу.

ДВЕ СТОРОНЫ МЕДАЛИ

После Гражданской войны Якиру был доверен один из самых больших военных округов — Киевский (КВО), а в 1924 году он получает должность командующего Вооруженными силами Украины и Крыма.
Опытный Фрунзе не побоялся доверить столь ответственный участок 29-летнему молодому человеку и не ошибся в преемнике.

Якир всегда старался быть в курсе новейших достижений военного искусства на Западе. Свободно владея несколькими европейскими языками, он внимательно перечитывал массу специальной литературы. Вывод военачальник сделал правильный: «будущая война станет войной моторов».
Знал бы он, что через несколько лет на судебном процессе против него выдвинут обвинение в подготовке танкового соединения для вооруженного восстания.

Во время проведения широкомасштабного учения всех родов войск у станции Бровары под Киевом в 1935 году под командованием Якира впервые был осуществлен массовый воздушный десант. Военную операцию по достоинству оценили зарубежные специалисты, а Ионе Эммануиловичу было присвоено звание командарма 1 -го ранга (выше по тому времени — только маршал).
По инициативе командующего КВО сооружались Киевский, Коростенецкий, Центральный Украинский, Тираспольский и Каменец-Подольский укрепрайоны. Маршал Баграмян, в то время служивший под командованием Якира, свидетельствовал, что «эти районы в начале Великой Отечественной войны могли бы сыграть большую роль, если бы укрепления не разоружили и не демонтировали».

Вместе с тем Якир приложил руку сначала к жесточайшей коллективизации, а потом и Голодомору в Украине. Ведь он был главнокомандующим Красной Армии в нашей стране, силами которой и изымалось все имевшееся продовольствие на селе.

Благодаря усердию полководца, боевые отряды Красной Армии изымали все, что можно было считать едой, и беспощадно уничтожали. А потом командарм отдал приказ, чтобы красноармейцы отстреливали уличенных в людоедстве. О людоедах сообщали лояльные властям деревенские активисты, которым выдавали талоны на еду.

«ПОДЛЕЦ»

Вскоре карьера Якира резко пошла по наклонной. Он слепо верил в существование мифических заговоров против вождя и, например, поддержал самые жестокие карательные меры против Бухарина и Рыкова. Но следующей жертвой Сталина стал уже он.

Взять под стражу в Киеве неординарного командарма, да еще и во время работы XIII съезда КП(б)У, ни Ежов, ни Сталин не осмелились. Выманил его в Москву Ворошилов. На пути к «новому месту работы» Якир был арестован. По дороге с вокзала в Кремль, в автомобиле, с него сорвали ордена и знаки отличия.

Якир, Буденный и Тухачевский

Иона Якир, Семен Буденный и Михаил Тухачевский — Последняя встреча

Якира обвинили в сговоре с фашистами и в попытке государственного переворота вместе с Тухачевским. Командарм взывал к Сталину, написав униженное письмо. «Я умру со словами любви к вам, к партии и стране, с безграничной верой в победу коммунизма». На письме Сталин оставил пометку: «Подлец и прости***». Ворошилов добавил: «Совершенно точное определение» и дописал «Сомневаюсь в честности бесчестного человека вообще». А Каганович приписал: «Предателю, сволочи и б…и одна кара — смертная казнь».

11 июня 1937 г. Якира расстреляли. За три дня до этого, 8 июня 1937 г., «Правда» сообщила, что в редакцию поступило письмо от бывшей жены Якира, в котором она отрекалась от мужа и проклинала его.
Сара Якир и их 14-летний сын Петр сначала были высланы в Астрахань, а затем арестованы и 17 лет провели в тюрьмах. В 33 года Петр Ионович вернулся в Москву, окончил историко-архивный институт, защитил диссертацию и работал в Институте истории СССР АН СССР. Он был твердо убежден в невиновности своего отца и гордился им.

Наверное, сыну было больно осознавать, что последними словами легендарного командарма были: «Да здравствует партия! Да здравствует Сталин!»

Советуем посмотреть:

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться для отправки комментария.